Записки Марии Волконской

www БТР ОТсебятина4 (1).jpg

МНЕ НРАВИТСЯ БОЛЬ

Если смотреть документальный театр нет больше сил, если вы устали от ноль-позиции - то этот спектакль вас ободрит. Некрасов писал вторую часть поэмы «Русские женщины», опираясь на подробные воспоминания Марии Волконской и дневники ссыльных декабристов. В спектакле документальное начало оформляется такой знакомой и родной школой переживания. Получается чисто поэтический, лишенный любых социальных контекстов материал, который глубоко, медленно и как будто в первый раз звучит здесь и сейчас. От лица Волконской - прелестной девушкой актрисой.

Исполнительница (Яна Дзюнсковская) - голубая героиня, с осиной талией, в длинной черной юбке и нежной блузе, с распущенными русалочьими волосами - на протяжении часа пытается приблизиться духовно к тексту настолько близко, чтобы впасть в экстатическое состояние, передать все возможные гаммы переживаний женщины в разлуке с любимым.

В первые секунды спектакля, актриса выходит на сцену, садится на застеленную кровать под воздушный белый балдахин и дописывает в пожелтевшие листы последние строчки поэмы: 

А сверху мне муж по-французски сказал:

«Увидимся, Маша, в остроге!..»

То есть, воспоминания Волконской к началу действия уже зафиксированы в тетради для будущих поколений. Но почему-то девушка всерьез начинает терзать себя перед нами, повторно вспоминая свою нелегкую судьбу - с детских столичных балов до встречи с мужем в Сибири. Повествуя о себе, в порыве страсти она изобретает из подручных материалов - то люльку, прицепляя одну часть тюли к стене; то младенца, сворачивая его из другой половинки ткани; то кибитку, легко поворачивая по кругу железную кровать; то впивается в поручни, представляя себе решетки темницы.

Периодически в чистом девичьем личике загораются дьявольские глаза желания, периодически это самое личико утыкается в ладони, в высоких чувствах девушка то вскакивает на кровать двумя ногами, то механистически спрыгивает.

Волнуясь за моральное здоровье девушки, мы обдумываем как ей помочь, ведь ее жизнь представляет собой сплошную боль. Понятно, что ей не удалось изжить травму на бумаге - ей просто необходимо повторить рассказ устно (человеку надо дать возможность любым способом выйти из шизофренического состояния).

Вымучивая строфу за строфой, слова застревают у Волконской в горле и клокочут. Интонация, с которой актриса зачитывает поэму похожа на интонацию Тереховой в фильме Фрида «Собака на сене». 

Девушка избегает спокойствия, ей надо постоянно соединять в себе женщину и великую героиню! А без этого ты неправильная жена. Так вот. 

Макс Барских ставит лайк.